Сны

Я нахожусь на работе, но комната смешивается с одним из холлов в школе. Я иду от двери к окну и открываю его, наблюдая за очень крупными снежинками. Я начинаю смеяться над ними, рассматривая их. В соседнем окне кто-то тоже высунулся и смеётся.

Я отхожу обратно к двери, там встречаю ПТ и МЕ. Кто-то отдаёт перчатки ПТ, они с МЕ уходят.

Появляется МК и люди из группы, с которой я учился фотографии. Начинается какой-то конкурс, все что-то ищут. Помещение уже больше напоминает кухню, появляются какие-то столы, шкафы и плита. МК смотрит на меня, намекая, чтобы я достал фотоаппарат. Я достаю фотоаппарат и начинаю снимать происходящее.

Теперь среди участников оказываются не только те, с кем я учился фотографии, но и часть согруппников из института и одноклассников. Среди них ИС.

Я замечаю в шкафу за стеклом среди книг достаточно крупную фотографию ИЯ(В). Она там изображена так, будто готовится кого-то поцеловать. ИС подходит к фотографии и как будто тоже целует её. Я делаю снимок, и получается, как будто они по-настоящему целуются.

Первая часть.

Н что-то рисовала на... Напоминало часть от грузового вагона, в ктр перевозят бензин. Рисовала каких-то человечков красной краской. В самом низу полотна была красная линия (широкая). Её пыталась выравнить и ровно наложить краску молярной кистью другая девушка. Она переключала режимы освещения: то синий, то зелёный...

Я ушла в ванную смывать с кистей красную краску.

Вторая часть.

Маленькие люди сидят в помещении. Они танцевали, пели.

Потом действие переносится на кухню. Трое маленьких мужчин греют на плете стакан с землёй. При этом жидкость стала напоминать кофе. Они хотели это выпить, но отвлеклись на чайник. Потом вылели жидкость в горшки с цветами.

Третья часть.

Я говорю:"Правую сторону человека можно вписать в круг, но левая будет выходить за его рамки". По-моему, во сне фраза принадлежала Энштейну.

Я вместе с ЖМ нахожусь у него на кухне. Почему-то там висит классная доска, на которой кто-то мелом записывает несколько адресов. Я пытаюсь эти адреса переписать, но ЖМ стирает их, поэтому я не успеваю переписать их все, остаётся один.

ЖМ подходит и садится за комп рядом. За окном видно какой-то предмет, похожий на церковный артефакт. Я его спрашиваю, зачем ему этот предмет. Он что-то отвечает, но я не помню, что.

Потом я говорю: «А знаешь, мы ведь уже 13 лет сотрадничаем…»

Я вместе с братом стою на кухне и смотрю в окно. Я вижу дым из труб, там, где построены гаражи. Тут я понимаю, что высотные дома, которые закрывали вид, снесли, и теперь там горка вниз, по которой катаются дети, они радуются.

Я спрашиваю брата, когда это успели снести дома. Он смотрит на меня и заговорщически улыбается. Тут я начинаю понимать, что это сон, пячусь и говорю ему: «То есть… Ты хочешь сказать… Нет…», не успеваю ничего сделать и просыпаюсь.

Сначала я присутствую на каком-то митинге очередной молодёжной организации. Девушка-активистка эмоционально толкает речь, но я понимаю, что это сплошная фальшь. Народу много.

Я оказываюсь у себя дома. Тут тоже достаточно много людей. На кухне сидит президент, с ним разговаривает отец. Я хочу дать президенту свою гитару, чтобы он оставил на ней автограф. Некоторое время ищу маркер, после чего иду с гитарой и маркером на кухню.

Мы теперь у меня в комнате. Вдоль одной стены сидим мы, а напротив нас — Медведев. Кто-то благодарит его за то, что тот подписал указ о назначении дня программиста государственным праздником. Двое соседей слева от меня жмут ему руку. Я тоже.

Я стою в ванной и смотрю на раковину. В какой-то момент стены внизу исчезают, и мне становится видно то, что за ними. Правда там в основном сантехника. Я так делаю несколько раз. Эффект появляется в том случае, если по особому расслабить глаза.

Я говорю о находке брату, маман и М, которые тоже находятся в квартире. Мы вместе с М подходим к одной из стен, и я смотрю сквозь пол и вижу происходящее в подвале. Там какие-то два подростка спорят, парень с девушкой. Это бродяги, которые что-то не поделили.

Все собираются на семинар, и почти выходят. За рулём буду я.

Я иду в кухню и начинаю отливать в мусорное ведро. Подходит отец и просит включить по телевизору что-нибудь детское, потому что врачи сказали ему, что опасно нагружать мозг больше, чем на 10%. Я пытаюсь найти по телику что-то стоящее. Мать с братом говорят, что будут ждать меня внизу.

По дороге на семинар брат рассказывает о том, что нужно постоянно оглядываться, чтобы понять (во сне), в каком городе ты находишься, или подставить паттерн леса. Я не понимаю, что это сон, и оглядываюсь налево-направо. Вокруг что-то типа поля, слева и справа на расстоянии порядка ста метров видно дороги и голубые дома. Мы идём по дорожке через поле к зданию, где будет проходить семинар.

Потом мы встречаем ещё группу людей, после чего все вместе собираемся что-то заказать поесть. Кто-то хочет утку по-Пекински, но её нет. Поэтому все выбирают два каких-то других блюда, одно острое, другое — нет. Всё действие происходит в зале.

На семинаре оказывается Дали в роли ведущего. Только у него сбриты усы и подрисованы новые голубым мелом. Сам семинар чем-то похож на тренинг по НЛП.

Слева в зале сидят парень с девушкой. Девушка очень радуется, что нашла кинестетика.

Настаёт время вопросов, и я собираюсь спросить у Дали, почему у него теперь не капиталистические задранные вверх усы. Но молчу. Кто-то что-то спрашивает про Евросеть. Я думаю, что он сейчас скажет «Она капиталистически задрана». Он именно это и произносит. Я говорю «Да, точно».

Оказывается, что в этом же здании находятся какие-то другие люди, которые очень отрицательно относятся к тем, кто пришёл на семинар Дали, и хотят их побить.

У меня есть какой-то пропуск, но он не подходит. Я всё равно иду в коридор. Я что-то хитрое делаю с осанкой, так что те, кто собирается всех побить, смотрят на меня чуть ли не с трепетом. Когда я прохожу мимо их главного, он пытается протянуть руку, чтобы поздороваться. Я прохожу мимо и делаю снисходительный приветственный жест рукой, что я его заметил и типа поздоровался.

Я вместе с братом стою около окна на кухне. В соседнем доме видно вечеринку, причём стены не мешают, там как будто открытое пространство.

Внутри много разных людей, в основном девушки. Они напились и собираются раздеваться или участвовать в какой-то оргии. Кто-то из них выключает свет, а к кровати, на которой всё будет происходить, подходит какой-то парень.

Я иду в комнату за биноклем, чтобы видеть в темноте, и выключаю свет на кухне, чтобы не палиться.

Я закрываю окно, но оказывается, что с той стороны на подоконнике сидит моя кошка. Я впускаю её в дом. Потом брат на вытянутых руках высовывает её в окно и снова заносит в дом.

Я сначала в комнате родителей разговариваю с отцом. Он делает какую-то разминку для ног. Переминается с ноги на ногу, сгибая их в коленях.

Потом я иду на кухню, там маман что-то готовит. Я говорю, что нужно растягивать мышцы пресса, и начинаю садиться на шпагат, думая, что делаю только попытку.

Неожиданно для себя я понимаю, что могу свободно сесть на шпагат. Параллельно с этим я вижу отца, который разминается в своей комнате.

Я выглядываю в окно из кухни и вижу около дома впереди полную Луну. В какой-то момент она начинает изменяться. Я зову остальных и говорю, что луна не может находиться в этом месте горизонта в это время.

Тут я замечаю, что это на самом деле Земля, так как видно даже следы континентов (на нас смотрит Атлантический океан), только всё это в жёлтом свете. Через несколько мгновений всё исчезает.

Я нахожу какое-то объяснение происходящему, говорю, что это такой хитрый мираж, очень редкий.

Спустя какое-то время появляется красный серп. Я бегу в свою комнату с фотоаппаратом и быстро пытаюсь поменять объектив на 100мм, потому что это снова появляется Земля, и я хочу её сфотографировать.

Я прибегаю в кухню и выглядываю в окно. На этот раз всё как полагается: восходящая «Луна» уже красного цвета, но континенты видно всё так же отчётливо. По каким-то причинам я не делаю снимка.

Я вместе с отцом нахожусь на кухне. Наливаю в чайник немного воды и кипячу её. Вода закипает практически моментально.

Я выглядываю в окно и вижу, что во дворе что-то не так. Вырублена часть деревьев. Я говорю об этом отцу. Он смотрит, но ничего не говорит по этому поводу. Я показываю ему, что именно изменилось.

Около хоккейной коробки вырубили деревья, гаражей больше нет, с самой площадки исчезли все металлические предметы, ива немного покоцана, перед ней тоже только пеньки. На углу, где доска объявлений, установлены проржавевшие конструкции и какие-то остатки балок из берёзовых столбов.

Я просыпаюсь в 10 с чем-то утра. Потом оказывается, что это на самом деле 17 с чем-то. А вообще sleeptracker был настроен неправильно и это 5 часов утра, из-за этого и возникали ошибки. Я кое-как встаю.

Я иду в комнату к отцу. Он пытается распечатать объяснительные записки на старом матричном принтере, который у нас был очень давно (Nec Pinwriter P6300). У него что-то не получается. Я решаю посмотреть, что не так, и обнаруживаю, что зажёвывается бумага. Поправляю листы и говорю отцу, что он может теперь всё напечатать, что хотел.

Я выхожу в свою комнату и возвращаюсь к нему. Он показывает мне прозрачную папку, в которой лежит распечатка некой книги и от руки (но не его почерком, хотя по сюжету это писал он) написано письмо коллегам. Какое-то наставление.

Я иду на кухню, чтобы поговорить по телефону с АМ. Пока я разговариваю, начинают сверлить. Я говорю, что соседи вообще офигели сверлить в такое время. АМ говорит что-то несвязное. Потом я несколько раз повторяю «Дааа, Упячка уже не так…». Кажется, он соглашается.

Тем временем наступает 6 часов утра, а в кухне, где я находился всё это время, появляются какие-то женщины. Они работают тут. Одна из них что-то рассказывает о том, как сложно добраться в такое время.

Я оборачиваюсь и смотрю в окно. Думаю, что мы как раз можем успеть доехать до кладбища и назад, пока не начались серьёзные пробки, потому что сейчас будний день.

Я снова поворачиваюсь к столу. На столе рядом с той женщиной, которая приехала, лежит как будто зерно граната, но на самом деле это камень с дыркой (по-моему, тоже гранат). Я верчу камень в руках и решаю взять его себе.

Я иду в комнату родителей. Там сложен диван, а на нём сидят родители. Я сажусь между ними (маман отодвигается налево) и кладу руку отцу на колено (он сидит справа), а голову на плечо.

Мать упрекает отца, что тот живёт одним только телефоном. Потом речь заходит про то, что он с утра постоянно смотрит какой-то сериал. Я сначала хочу подколоть их, но мысль пропадает.

Появляются гости, среди них какой-то мужчина. Он говорит, что у него есть Опель Астра и он может нас подвезти. Я говорю, что мы поедем на своей машине, потому что это будет удобнее. Мать встаёт и начинает о чём-то разговаривать с гостем. Тот не может понять, куда мы собираемся ехать.

В этот момент отец улыбается или усмехается и говорит «ко мне на могилу» и ждёт реакции. Гость в недоумении, а я думаю, как ему объяснить тот парадокс, что отец и умер, и жив одновременно. Я не знаю, что сказать, поэтому просто прикалываюсь над удачной репликой отца.

Я нахожусь в чьём-то доме. Главное действующее лицо — какая-то девочка. Ей говорят, чтобы не впускала некую женщину (называют её имя). Женщина стоит у двери, но не может войти. Девочка что-то говорит ей, потом приоткрывает дверь и захлопывает её. Но женщина успевает всадить шприц в ногу девочке и вколоть какую-то жижу.

Девочка теряет сознание, родные не знают, как её откачать.

Я оказываюсь на кухне вместе с отцом. Он стоит у плиты и объясняет мне суть того, что произошло. Говорит про фантомов, которых одни люди видят, другие — нет. Этим объясняется разница в восприятии (или это объясняет разницу).

В качестве примера мы перемещаемся в метро, где какой-то парень на скамейке видит девушку в вагоне, но остальные её не видят.

Я прихожу на кухню, а там на самом деле оказывается спортивный зал. На том месте, где должна быть раковина, стоит стойка и штанга для приседаний. А у нас зачёт. Моя очередь ещё не подошла, но я удалённо приседаю несколько раз, израсходовав почти все силы. Скоро вызовут меня.

У меня есть iPhone, и я хожу с ним по улице, не знаю, в каком месте. У кого-то ещё то же самое. Мы снова оказываемся в кухне и обсуждаем эти устройства. Я понимаю, что скоро нужно снова идти и приседать, но сил ещё нет, поэтому я пытаюсь всех отвлечь телефоном.

Я нахожусь в группе то ли магов, то ли просто практикующих. Мы в лесу должны выполнить задание, похожее на то, что было в фильме «интакто». Ведущий говорит, что нужно бежать по лесу до определённого места, где нужно повернуть налево и подойти к нему. Кажется, в руках у всех находятся лампочки (но не факт), которые должны при этом гореть.

Я бегу в первых рядах, а лес становится походим на Лианозовский парк. Я вижу небольшие тропинки, которые уходят налево, но понимаю, что нужно бежать до дома и асфальтовой дороги. Я выбегаю на дорогу и подхожу к ведущему. Всего нас должно быть семеро, но приходят не все. Один парень с девушкой остаются на самом начале дистанции.

Инструктор говорит мне выложить для них из жёлтой фольги слово «Loser» и по-английски объяснить им, что мы их ждать не будем. Я начинаю выкладывать слово и придумывать фразу.

Кроме всего прочего инструктор приготовил суп, который должен достаться отстающим. Котелок с супом стоит рядом с тем местом, где я выкладывал слово из фольги. К этому всему примешивается обстановка моей кухни, а мы уходим в коридор, который смешан с лесом. Я иду немного дальше остальных, так как нужно доделать задание. Теперь мы являемся белыми котами.

Те парень с девушкой, которые остались в начале, говорят друг с другом. Девушка держит в руке 10-Ваттную лампочку, она тускло светит. Парень боится, что они не успеют, но девушка его успокаивает. Они бегут по лесу.

Действие снова переносится к чану с супом. Я прошу каких-то двух человек посторожить суп, но они начинают его есть. На мои возражения они машут рукой.

Я снова иду к коридору. Там развешаны какие-то верёвки между деревьев.

В прихожей я замечаю кошку-мать моего котёнка. Она пытается слиться со шкафом, но я подхожу к ней и поднимаю её за спину. Кошка начинает истошно орать. Я отпускаю её на пол. Там оказывается миска с едой, голубь и кто-то ещё. Они все начинают есть из миски.

Я что-то говорю про эту картину. Из своей комнаты выходит маман, я ей тоже что-то рассказываю. Потом говорю, что мне нужно найти остальных, чтобы не отставать и пройти дистанцию вовремя. В голове снова всплывают картины белых котов.

Я карабкаюсь на верхушку шкафа в прихожей, там тоже натянута верёвка, по которой я лезу. Это и должно быть заданием, перелезть куда-то. Кажется, я нахожу остальных.

Я стою на кухне и собираюсь сфотографировать красивый свет восхода на стене. Достаю фотоаппарат и компоную кадр. Смотрю, что диафрагма открыта недостаточно, что-то меняю, как вдруг оказывается, что объектив вместо положенной светосилы F4 выдаёт сначала F2, а потом вообще F1 (правда почему-то это выглядит как «1:2», «1:1»). При ненормальных значениях диафрагмы картинка почему-то портится, поэтому я возвращаю всё к положенной четвёрке и делаю несколько снимков.

Я нахожусь на какой-то площадке, где кроме меня ещё много людей. Там же находятся какие-то знакомые, кто именно — не помню. Среди прочих персонажей там какой-то демон, который начинает на нас нападать.

Я вступаю в схватку с демоном. Каким-то образом мне удаётся обойти его, схватить сзади и засунуть обе руки ему в глотку, чтобы попытаться или задушить его, или порвать, или распотрошить, не знаю даже. Он начинает истекать какой-то жижей, похожей на длинный-длинный укроп.

Через какое-то время я проникаю обеими руками ему в лёгкие и начинаю пытаться потрошить их изнутри. Демон начинает задыхаться и превращается в моего котёнка.

Я вместе с котёнком иду в ванную и решаю его утопить в холодной воде, пока не поздно. Засовываю его голову в слив и включаю воду. Из котёнка снова выбрасывается серия укропа. Я пытаюсь отмыться. В конце концов удаётся его зафиксировать в сливе. Он перестаёт двигаться.

Потом идёт какая-то вставка про то, что я нахожусь на кухне, там же ходит ЕТ. Она спрашивает, где котёнок. Я говорю, что котёнка нет и больше не будет. С ужасом обнаруживаю, что я не могу объяснить, за что я его утопил.

Дальше снова идёт интерлюдия. Я лежу на кровати в странной позе, похоже, что в коридоре. Рядом ходит брат и родители. Отец ходит голый, а я думаю, почему он не наденет халат. Все молчат.

Котёнок оклемался и снова начал нападать на всех. Я его опять хватаю и снова засовываю в слив, на этот раз более надёжно. Кажется, что всё заканчивается.

Я хожу по какому-то саду или смеси сада и дачных участок. У меня с собой труп какого-то мужика, а за мной охотятся два человека, которым нужен то ли я, то ли труп, который у меня с собой.

Я пытаюсь заныкать труп куда-то и спрятаться сам. Рано или поздно от трупа я избавляюсь, припихнув его к какому-то дому, а сам бегу в сад, чтобы спрятаться где-то на дереве.

Я залезаю на дерево и вижу преследователей. Один из них — ГЕ. Он не замечает меня (наверное, потому что без очков) и проходит мимо. Но почему-то кидает то ли яблоко, то ли что-то похожее, в мою сторону. Второй преследователь тоже проходит мимо.

Потом я вроде как слезаю с дерева и оказываюсь на кухне. Преследователи за дверью и очень злятся. Вместе со мной на кухне, кажется, брат.

Я припираю дверь ногой, но туда попадает грейпфрут. Он давится в сок. То ли у меня, то ли у преследователей есть нож. Они пытаются открыть дверь, но я хорошо её прижал.

В конце концов они отходят, а я отпускаю дверь. ГЕ входит в кухню, но уже не собирается нападать. Вроде как успокоился. Я его спрашиваю, чего он так злится, ведь причин нет.

Я стою на кухне с фотоаппаратом. В поле зрения попадает лампа накаливания, и я решаю её сфотографировать. Фотоаппарат какой-то странный, похож на Зенит, у которого не меняется объектив.

Я делаю несколько кадров лампочки, потом смотрю на объектив. Оказывается, что у него очень большая светосила (1), при этом можно менять фокусное расстояние.

Я вместе с братом и матерью нахожусь на кухне. Я стою около раковины, они сидят за столом. Кто-то говорит, что нужно поменять кассету в фильтре.

На столе лежат две новые кассеты, но выглядят они совершенно не так, как на самом деле. И устанавливаются по-другому. Я сначала впадаю в некоторое замешательство, но потом понимаю, как нужно их вставлять, и вставляю одну.

Я нахожусь дома, иду на кухню и выглядываю в окно. Я вижу между домов впереди очень яркую и красочную радугу. Говорю матери, что вижу, но она моет посуду и не отвлекается.

Я бегу в комнату за фотоаппаратом, чтобы сделать несколько кадров. Пока примеряюсь, картина начинает меняться, но мне удаётся заснять яркие моменты в радуге.

Потом слева и справа надвигаются огромные чёрные тучи, быстро темнеет, я продолжаю снимать. Начинается дождь, и на объектив попадает несколько капель. Я делаю ещё пару кадров, а потом решаю, что пора протирать объектив, чтобы качество не падало.

Я нахожусь с группой немецких солдат во время войны. У них есть несколько пленников из наших и они размышляют, как их можно казнить. Решают кого-то накормить отравленными грибами, кого-то убить током. Всё происходит на кухне то ли у меня дома, то ли дома у М.

Я говорю, что можно подвести электричество к батарее, в банку налить картофельного сока, смешанного со спиртом, в качестве еды тоже что-то такое положить. Кто-то предлагает проверить схему.

В комнату входит один из немецких солдатов, я предлагаю ему потрогать блюдо (к которому подведено 320 Вольт), он трогает и чувствует ток. Мы продолжаем разрабатывать план.

В духовке включён свет, там лежит варёная картошка и несколько крупных морковок. Этим будут кормить пленников.

Я сижу за столом и думаю, что нужно принять витаминов. Кладу одну таблетку в рот, но понимаю, что что-то не так. Ощущения во рту очень мерзкие, а потом я нащупываю языком очень много таблеток. Я понимаю, что могу отравиться, поэтому пытаюсь выплюнуть остальные. В итоге оказывается, что во рту было больше десятка колёс.

Я оставляю только одну таблетку и запиваю её водой.

Я нахожусь на даче. Обстановка там реальная, но комнаты расположены не так, как на самом деле, а как в квартире моей тети. Мне кажется, что там недостаточно порядка, и я начинаю приставать к отцу, что все надо переделывать, менять мебель и т.д. Только кухня находится в хорошем состоянии

Я прихожу на кухню к М, чтобы рассказать ей о сне, который снился до этого. Сон был про дорогу, я ищу место для разворота, а второй сюжет -- про какую-то опору моста, но теперь я не могу вспомнить, что именно там было.

И вот я разговариваю с ней, периодически вставляя вразнобой слово 'секс' (это, видимо, навеяно одной из серий 'The IT Crowd'), она отвечает в том же стиле.

Я отхожу в туалет, открываю дверь, а там весь унитаз закидан туалетной бумагой разной степени загрязнённости. Я думаю, что это сделал мой брат. Я спускаю воду, бумага исчезает. Я беру новый рулон и пытаюсь отмотать от него кусок.

Мы затеяли перепланировку дома, уже сделали её, так что теперь из моей комнаты есть проход в кухню, а из кухни в прихожую - нет. Кроме того, по-новому сделан туалет.

Я собираюсь присесть на унитаз, но там оказывается слишком тесно.

Я отхожу к окну и смотрю на кладку в стене. Каким-то образом с этим связан Ленин. Я замечаю, что кирпичная кладка имеет текстуру, которая повторяется.