Сны

Я еду вместе с какими-то людьми на крыше кузова грузовика по улице 800-летия Москвы. Грузовик делает поворот, и с него начинают падать какие-то товары. Сначала я думаю, что их можно будет подобрать потом, но падать начинает слишком много. Грузовик останавливается, мы все сходим на землю.

Одна девушка начинает превращаться в русалку, но это происходит как-то странно. Это не русалка в традиционном понимании, а странное существо, как будто в капюшоне и широкими рукавами, только одежда и есть тело.

Действие перемещается в мою квартиру. Эта девушка не хочет превращаться в русалку, но процесс почти завершён. Ещё одна женщина способствует превращению. Девушка пытается что-то сказать, но у неё уже получается только шевелить губами и произносить что-то типа «бе-де, бе-де, беде, беде…» (в звуках не очень уверен, но б и д там точно есть).

Потом она кричит «Мама!» и кидается к окну, чтобы выпрыгнуть оттуда, а я вижу происходящее из её глаз. Окно её не пускает, я только вижу панораму ночного города, а потом кто-то затягивает девушку назад.

Я нахожусь на улице 800-летия Москвы рядом с Коровинским шоссе, на остановке. Вокруг темно, ходят какие-то злые люди, возможно, связанные с тёмными культами. Я стою рядом с какой-то стенкой и пытаюсь собрать пентаграмму из металлический реек.

Из-за стенки появляется какой-то персонаж и злобно на меня смотрит. Я хватаю левой рукой несколько карт Таро и веером раскрываю их, показывая тому персонажу, типа я тут гадаю. Он смотрит на них и уходит.

Я с мамой и отцом стою у билетной кассе толи на вокзале. Причём, нет никакой особой причины. Мы уже приехали в Таиланд. Подходим к кассе, там сидит женщина с жёлтым лицом. Говорит нам что - то, а мы не понимаем. Отходим.

Мне надоело стоять в очереди и я выхожу на улицу. Слева и справа тянется длинная широкая улица. Передо мной ужасно красивое небо. Вокруг темно, ночь, а небо, наоборот, ярко зелёное, местами оранжевое, жёлтое, красное. Цвета быстро меняются. Я хочу это сфотографировать, но у меня нет с собой фотоаппарата. Я смотрю налево и вижу в конце улицы тоже небо. Там салют. Преимущественно, синего и фиолетового цветов.

Мне надоедает стоять на месте и я решаюсь прогуляться. Я иду по улице. Никого нет. Тут я дохожу до конца и оказываюь на чердаке. Я что - то ищу, рядом со мной тоже что - то ищат одноклассники.

Я опять оказываюсь на той же тёмной улице в Таиланде... В каких - то зарослях кустарника. Выбираюсь из них и понимаю, что лечу, но не высоко. Тут меня начинает преследовать некое животное: оно красное, чем - то смахивает на краба... С клешнями такое и клыками. Навстречу мне идут два человека. Рядом с ними бежит такса песочного цвета...

Я то ли смотрю фильм «Шоу Трумана», то ли участвую в нём. Начинается с того момента, как на кухне одна из героинь рекламирует очередное средство.

Дальше я выхожу из дома и иду с кем-то по улице, рассказывая о том, что я раскусил их коварный план. Потом то ли я сам, то ли кто-то ещё начинает рассказывать о том, что мир — это на самом деле орех. И дальше было какое-то обоснование этому.

Я прихожу в лес, где какая-то девушка собирается рассказать мне, что это всё заговор, но её уже готовы ликвидировать. В общем, сильно пересекается с сюжетом оригинала.

Я нахожусь в каком-то лесу. Впереди идут дети из пионерского лагеря. Они собираются голышом прыгнуть в крапиву (как в фильме было). Там три парня и одна девушка.

Неожиданно они взрослеют и устраивают оргию, но это какой-то паровозик: девушка впереди, а остальные сзади друг за другом. Среди них оказываюсь я, сразу за девушкой.

Я нахожусь около подъезда. Подходит какой-то человек и начинает разговаривать про произошедшее. Говорит, что мы все содомиты и долбимся в жопы, нас надо исключить. Я сначала радуюсь, что я-то с девушкой был. Потом понимаю, что сзади меня тоже кто-то находился. Почему-то это дело сначала заминается, но потом я вижу наши личные дела.

К подъезду подъезжают три серебристые машины. Они выглядят странно, чем-то похожи на Бентли. Типа это какие-то крутые ребята приехали.

Дальше мы перемещаемся на стоянку. Эти машины паркуются где-то недалеко. Рядом с нами появляется человек, который о чём-то нам рассказывает. Он говорит, что это автогаражные воры, а нам надо следить за вещами.

Мы уже идём по Дегунинской улице. У кого-то рядом пропал мобильник. Я сначала не обнаруживаю своего, но потом нахожу. Человек, который рассказывал про воров, отходит и идёт в подъезд пятиэтажки.

Из первой части ночи удалось вынести только постоянное фотографирование чего-то.

Ближе к утру: я иду по улице Софьи Ковалевской на север. Вместе со мной брат и ещё какие-то два человека. Кто-то предлагает поехать на 92 автобусе. Я начинаю колебаться, потому что опять придётся покупать билеты. Кажется, мы так и продолжаем идти пешком.

Я иду по улице, кто-то что-то рассказывает не то про объективы, не то про рейтинг. Рейтинг постоянно скачет то вверх, то вниз, всё в районе нескольких тысяч. На фоне всего этого как-то фигурирует объектив.

Потом я оказываюсь в светлой комнате. На полу лежит девушка. У неё сначала рейтинг был две тысячи, но вот внезапно всплывает число минус 32 тысячи, на девушку набрасывается какая-то тень.

Теперь я уже лежу вместо этой девушки, а тень нависла надо мной и схватило за бока. Очень неприятное ощущение.

Я просыпаюсь, приподнимаюсь на локтях и бью ногой тень. Всматриваюсь и понимаю, что это монстера и сциндапсус на фоне окна.

Я еду на машине по улице 800-летия Москвы. На перекрёстке с Коровинским шоссе я сбиваю пешехода, выехав на переход. Потом ещё какую-то тётку задеваю, в итоге остановившись около торговых рядов.

Я выхожу из машины или отъезжаю назад к проезжей части. Что с пешеходом, непонятно. Приехала скорая, причём моментально. Какие-то непонятные разговоры. Похоже, что пешеход был пьяным. Летальный исход.

Я нахожусь дома вместе с братом. С матерью что-то случилось. Я начинаю думать, как всё странно складывается, что теперь делать, ведь придётся опять оформлять наследство.

Фигурируют какие-то котята. Их было трое, все умерли.

Время из детства, я с кем-то иду по дорожке от дома. Прохожу мимо того места, где когда-то был видеозал. Теперь там темно и какие-то развалины, ободранные стены из кирпича.

Я говорю, что мы можем проникнуть в другой мир через это место, и мы идём туда. У меня есть фонарик, а внутри на нас нападают какие-то твари. Меня они не могут зацепить, так что мы каким-то образом убегаем оттуда.

Я вместе с кем-то иду вдоль забора. Это нечто среднее между Дубнинской улицей в районе платформы Лианозово и клиникой Фёдорова.

Слева расположены как будто тюремные бараки, на каждом какая-то надпись.

Потом мы оказываемся внутри, типа на экскурсии. Но потом нас вовлекает в действие. Это дом испытаний, каждому из которых нужно пройти все.

Одно из испытаний — это огненный туннель. Там проделана дырка для входа, человек залезает вовнутрь и должен пролететь в туннеле по периметру комнаты. По всему туннелю горит огонь. Кажется, какой-то парень «назначается добровольцем».

Я оказываюсь зажатым в другой комнате между принтером и каким-то агрегатом. Из принтера лезет бумага в случайном порядке. Должна получиться книга, но там не только текст книги, а ещё какой-то мусор. Приходит смотритель и говорит мне, что я смогу освободиться только когда будет дописана десятая глава. Потом добавляет, что может быть и не десятая, а первая.

Я беру в руки стопку бумаги, которая уже прошла через меня, там, кажется, есть только начальные главы.

Потом ещё какая-то сцена: в ванне или какой-то бочке сидит человек, ему холодно. Смотритель говорит, что сейчас этот человек согреется, и его заливает чьей-то кровью. Всю бочку целиком, так что на поверхности остаётся только голова.

Я, пока сижу между принтером и чем-то ещё, могу узнать, что происходит наверху. Там подошла партия следующих испытуемых. Меня уже не сдавливает, но я решаю, что как-то неправильно будет уходить, не пройдя испытание до конца.

Я где-то оставил свою маленькую машинку — чёрный Porsche, который почему-то похож на Smart. Вроде как, прошло уже несколько лет, и вот я про него вспомнил.

Я вместе с кем-то иду по улице к тому месту, где должна быть машина, но не нахожу её. Решаю, что она находится на стоянке в ГАИ. Я иду туда и прохожу на территорию.

В самом углу стоит какая-то машина, но я не помню, какие у меня номера. Зато у меня есть ключи, правда это просто медиатор. Я тыкаю на кнопку, какая-то машина реагирует. Я подхожу к ней.

Я вместе с кем-то иду по улице. Времена революции, у меня в руке коробок со спичками, и я раскидываю из, чиркая и пытаясь поджечь всё слева и справа. Вместе со мной, кажется, идёт брат. Из тех спичек, что я кидаю, очень малое количество липнет к древесине.

Мы идём по какой-то улице, тротуар которой отделан сайдингом. Вроде как ремонт везде. Я предлагаю спуститься в метро.

В кассу народа нет, поэтому я решаю купить билет. Он стоит 50 рублей 13 копеек. Я даю сотню и наскребаю мелочью 13 копеек. Мне дают сдачу и несколько бумажек, как будто автобусные билеты пригородного сообщения, где цена зависит от расстояния. Брат тоже покупает билет, а спички я убираю в карман.

Мы подходим к турникетам, их оказывается несколько рядов. Я прохожу их все осторожно, показав билеты тётке в будке и какому-то охраннику. После этого мы спускаемся на платформу.

Это оказывается Питерское метро, но почему-то очень много путей. Лестница в центре станции ведёт куда-то наверх, как будто переход. На границе платформы сделаны засечки, которые показывают, где будут останавливаться двери.

Приезжает и уезжает поезд, а я рассматриваю схему. Мы находимся на оранжевой ветке, а ехать нужно до Бабушкинской.

Я прихожу на кухню, а там на самом деле оказывается спортивный зал. На том месте, где должна быть раковина, стоит стойка и штанга для приседаний. А у нас зачёт. Моя очередь ещё не подошла, но я удалённо приседаю несколько раз, израсходовав почти все силы. Скоро вызовут меня.

У меня есть iPhone, и я хожу с ним по улице, не знаю, в каком месте. У кого-то ещё то же самое. Мы снова оказываемся в кухне и обсуждаем эти устройства. Я понимаю, что скоро нужно снова идти и приседать, но сил ещё нет, поэтому я пытаюсь всех отвлечь телефоном.

Я спускаюсь по какой-то мощёной улице с низкими домишками. Вокруг люди, а в самом низу перпендикулярно стоит ещё одно здание. Там оказываются пираты, которые вроде как ничего не делают, просто стоят.

Я иду назад, фотографируя их и дорогу. Когда я подхожу к тому месту, откуда спускался, то выясняется, что дорога закрыта на ночь. Я уже как будто на машине, а дороги и правда нет, просто трава. Я всё равно решаю проехать, потому что никто не видит, да и выбираться как-то надо.

Я оказываюсь около не то трансформаторной будки, не то бойлерной.

Я нахожусь на работе или на улице. Вижу достаточно большой коридор впереди, а сверху как будто что-то ещё свисает. Картинка множится, и я вижу маршруты, которые нужно прописывать. Кажется, это как-то связано с аутентификацией. Везде переменные $auth.

Я иду по Бауманской улице в сторону старой работы и разговариваю с кем-то о музыке (кажется, это ПК). На сон накладывается звук отбойного молотка из реальности, и я параллельно с этим думаю, как фигово спать в таком шуме.

С П мы говорим о том, допустимо ли играть на гитаре вживую, делая всё остальное синтетическим приходим к выводу, что это нормально, и живьём можно выступать так.

Как-то сложно связать куски, но постараюсь.

Я поставил машину в Техническом переулке, но забыл про это. Пока я был на месте старой работы, я задумался, что могут значить номера 'ехо', искал информацию по этому и что-то нашёл.

Я захожу в машину с такими номерами (коровник на колёсах, QX56), чтобы меня довезли до моей машины, и сажусь назад. Мне не очень рады, но везут.

Я выхожу где-то на Бауманской, поняв, что проехал. Иду пешком назад. Сначала не могу найти машину, но потом вспоминаю, где я её поставил.

Я быстро добегаю до машины и залезаю туда, пока не подошли какие-то гады. Я успеваю запереть дверь, но мне пришлось залезать в заднюю дверь.

Я пытаюсь перелезть на водительское сиденье, но цепляюсь. Потом мне удаётся завести двигатель и начать выезжать оттуда. Идёт дождь.

Я еду на машине по улице Радио от набережной. Поворачиваю на Бауманскую и вижу, что рядом с прокуратурой снова нет машин. Думаю, что можно остановиться где-то рядом, потому что гаишники никого не отгоняют, но потом решаю, что это плохая идея, потому что скорее всего приедет какая-то шишка, и машину увезут.

Я иду в сторону дома Л, чтобы то ли что-то передать ей, то ли забрать. На улице темно, автобусы всё ещё ходят. По пути происходят какие-то события, но я уже не могу их вспомнить.

В итоге, когда я подхожу к подъезду Л, вижу, что у неё дома горит свет, какие-то намёки на игру на пианино. На подоконнике сидит кошка серого цвета.

Л выходит из подъезда и говорит что-то. Из контекста выясняется, что вышел какой-то косяк, поэтому я не могу забрать кошку.

Я иду в сторону дома. Замечаю машины около подъезда.

По улице 800-летия Москвы в сторону Дмитровского шоссе от улицы Софьи Ковалевской едут несколько человек на велосипедах. Самым последним едет парень, у которого на велосипеде в колёсах нет спиц. Я замечаю это, и оказывается, что там есть 4 спицы и какие-то шипы по периметру вовнутрь.

Велосипед поработил парня и заставляет его убивать других людей. Парень подъезжает к остальным и кидает велосипед в девушку так, чтобы заднее колесо попало на её лицо. Девушке сдирает лицо, оно съедается велосипедом. Она с голым черепом в лицевой части убегает.

Дальше такая сцена: парень с теми же людьми, но видимо по прошествии нескольких лет, сидит на берегу реки со своим велосипедом. У парня бледное лицо и выражение какой-то отрешённости. Он ловит остатки тел в реке, чтобы скормить их велосипеду. Из реки вылезает чья-то нога.

Девушка в доме смотрит на всю эту картину и думает, что парня ещё можно вернуть. Он подходит к двери, держа в руках нож и собираясь освежевать девушку и скормить её велосипеду. Девушка понимает, что не может ничего сделать, и пытается отступить назад.

Я раздумываю, убегать или нет. Понимаю, что убегать нельзя, и приказываю парню остановиться. Он останавливается в метре от меня и просто смотрит в упор. Проходит несколько секунд, и я открываю глаза. Перед лицом в 60-70 см нависает лист монстеры.

Я вместе с К и П иду от работы в сторону метро Бауманская. К побрита налысо, идёт дождь, в кого-то из нас в руках зонт. Я прижимаюсь сзади к голове К и начинаю чесаться об слегка отросшие волосы.

Кто-то что-то рассказывает.

Я нахожусь на улице, но вместо машин вдоль дороги расположены кровати. На каждой кровати кто-то находится, а сами кровати могут двигаться.

Я еду на своей кровати куда-то и ищу место для парковки. Нахожу какой-то закуток и паркуюсь туда.

Я стою на улице рядом с деревьями, а потом вспоминаю, что сейчас уже 5 сентября, и я забыл поздравить мать с днём рождения, который к тому же уже прошёл. Кажется, место, в котором я нахожусь, -- это окрестности старого дома в Кубинке. Вроде как я собираюсь звонить маман и поздравлять её.

Потом я замечаю на земле котёнка, который играет в снегу (до этого была летняя погода), я подбираю его, чтобы он жил у нас дома.

Я хожу по каким-то закоулкам, с кем-то встречаюсь несколько раз. Потом выясняется, что котёнок хочет есть. Я подхожу к каким-то домам, где в снегу ходит кошка. Котёнок замечает её и начинает кричать 'мама! мама! еда!'. Я отпускаю его, он бежит, чтобы напиться молока.

Тогда я замечаю другого котёнка, чёрного цвета, с широкой мордой. Я решаю забрать его, а потом напоить его сливками. Беру котёнка в руку и убеждаюсь, что это кот, перевернув его.

В какой-то момент, пока я иду, котёнок превращается в двух жуков-короедов, которые копошатся в правой руке, сжатой в кулак. Я разжимаю руку и смотрю, как жуки ползают.

Я нахожусь в окрестностях станции Ховрино, но там через рельсы идёт мост.

Рядом с автобусной остановкой я встречаю брата на его машине. Сажусь за руль, но там оказывается очень тесно. Ноги приходится перекидывать через руль, управлять просто нереально. Я пытаюсь отрегулировать сиденье, но получается не сразу.

В конце концов мы трогаемся с места и выезжаем на Ангарскую улицу. Там то ли случился пожар, то ли какая-то авария, но движение перекрыли. Я поворачиваю направо и хочу проехать дворами.

Во дворах оказывается очень много машин, но тем не менее мы едем.

Я смотрю из окна на улицу среди ночи. Под окнами кто-то шумит, а потом начинается что-то типа бури с метеоритным дождём. Машины внизу подхватывает потоками, какую-то голубую машину подкидывает почти до уровня 8 этажа и потом кидает в остальные машины, которые стоят внизу. Через какое-то время всё успокаивается.

Мы с отцом выходим на стоянку, ищем нашу машину. Она накрыта брезентом, а когда его убирают, оказывается, что нашу машину повредило дождём, искорёжен капот и повреждено что-то ещё. Мы офигеваем от такого зрелища.

Мы находимся в каком-то здании типа сервиса, где машину должны восстановить. Нам говорят, что всё готово. Мы с отцом идём смотреть. Видим несколько машин, похожих на нашу скорее только по цвету. Потом всё-таки находим свою.